Есть интересная новость, фото или видео? Поделитесь с нами
Есть интересная новость, фото или видео? Поделитесь с нами
Инвестиционный фонд Промсвязьбанка поддержит франчайзеров и производственников
О том, как предприниматели могут получить инвестиции, рассказала руководитель Фонда Алена Сокова. 
Бизнес 360

В ноябре 2016 года Венчурный фонд Промсвязьбанка и общественной организации «ОПОРА России» трансформировался в Инвестиционный фонд и теперь работает преимущественно с производственными и франчайзинговыми проектами. Алена Сокова, руководитель Инвестиционного фонда, рассказывает о причинах смены концепции и о том, как Фонд может стать полезным инструментом для предпринимателей.


– Три года назад Промсвязьбанк решился на смелый эксперимент –  запуск Венчурного фонда, инвестирующего в нетрадиционные для рисковых инвестиций отрасли: торговлю, сферу услуг и производство. Насколько успешным получился этот проект?

– Первый этап работы Фонда окончательно мы планируем завершить до конца 2017 года, но уже сегодня руководство банка дало положительную оценку этому проекту. За 3,5 года мы рассмотрели более 5000 проектов, из которых проинвестировали 25 на общую сумму порядка 100 млн. рублей. Из пяти сделок мы уже вышли: где-то через продажу доли инвестору поздних стадий (кейс CityFootball и фонда UTF), где-то через стандартный кредитный договор с банком (компании «Велодрайв», «Баба-Шура», «НИКо»), три проекта на сегодня признаны неудачными, остальные компании развиваются по плану. Ожидаемая минимальная доходность по всему портфелю составит 25%.

– Почему банк принял решение изменить инвестиционный фокус?

– На то у нас две основные причины. Во-первых, желание расти. Мы поработали с молодежным предпринимательством, поняли его сильные и слабые стороны, сформировали четкие инвестиционные критерии и модели вложений. Теперь настало время уделить внимание другим, не менее актуальным сегментам клиентов. Во-вторых, необходимость гибко реагировать на изменения условий внешней среды. А они, естественно, стали другими. Самый актуальный вопрос современной экономики России – как развить собственное производство, как эффективно реализовать политику импортозамещения? Для этого нужны новые предприниматели, новые компании, в том числе, малые и средние. Посмотрите на кредитные портфели крупнейших федеральных банков – все сплошь торговля и сервис, производственники занимают от силы 5%. Финансировать потоковое производство в большем объеме могут позволить себе либо региональные банки, либо игроки в рамках каких-то программ поддержки. Мы смотрим в будущее уже сегодня, поэтому хотим быть рядом с клиентом, изучить его проблемы, понять, как можем быть ему полезны, какие продукты можем предложить.

– Промтех – отрасль перспективная, но довольно сложная. Какие узкие места удалось обнаружить уже при анализе первых компаний?

– Проблем в производственной сфере, действительно, хватает. Во-первых, это отсутствие сырьевой базы. Когда мы смотрим проекты и доходим до сырья, то видим, что большинство компаний везет материал из-за границы, поскольку в России аналогов либо нет вообще, либо они ненадлежащего качества. Это первый очень большой вызов для всех с учетом нестабильности валютных курсов. С другой стороны, для российских предпринимателей это огромный рынок. Вторая особенность – недостаток отечественных заводов, в принципе: тут либо зарубежные производители, либо осколки советских промышленных гигантов, которым так и не удалось перестроиться на современные технологии. Третья проблема – отсутствие людей, способных быстро построить новое производство. Как правило, у нас есть люди советской школы, знающие технологию и готовые наладить именно производство, и менеджеры, умеющие продавать, но не знакомые с заводами изнутри. Успех проекта лежит на пересечении этих двух компетенций.

– Ставите ли для себя какие-то ограничения по отраслям? Все-таки пошив одежды и производство труб имеют очень разную специфику. Когда планируете объявить первые инвестиции?

– Никаких отраслевых ограничений мы для себя не ставим, это, на мой взгляд, только усложнит и без того непростой процесс отбора компаний. По моим личным ощущениям, больше интересных проектов мы увидим на b2b-рынке. Работа с конечным потребителем потребует от компании определенных вложений в маркетинг, к тому же на рынках товаров народного потребления высокая конкуренция, при таком ассортименте импортных брендов будет сложно поставить на полку новый продукт. Первая сделка Фонда уже в финальной стадии: мы финансируем малый бизнес в литейной отрасли, видим на этом рынке хороший потенциал развития именно небольших компаний.

– С учетом всех особенностей промышленных проектов, какими будут условия работы Инвестиционного фонда?

– Однозначно это будет кредит, инвестировать на других условиях мы не готовы, поскольку банк не можем позволить себе участвовать в оперативном управлении предприятием, принимать ежедневные решения по подбору кадров, по постановке задач, контролю, планированию. Мы будем давать рекомендации раз в квартал, и следить за динамикой развития бизнеса. Совершенно точно останется наш проектный подход к отбору объектов инвестирования: всех перспективных предпринимателей мы посмотрим подробно. Для производственников мы готовы предоставлять более длинную отсрочку – вплоть до двух лет, дальше строить индивидуальные графики погашения. Горизонт инвестирования сохранится на прежнем уровне – пять лет. Конечно, на 25% доходности в этой сфере мы не рассчитываем, в договорах будут ставки, которые будут приемлемы для проекта, промышленный бизнес не настолько рентабельный, к тому же важно сохранить высокую мотивацию у самого предпринимателя, не хотелось бы, чтобы ему приходилось отдавать Фонду всю свою маржу.

– Промышленные проекты, как правило, довольно капиталоемкие. Сохранится ли верхняя граница инвестиции в 10 млн рублей?

– Цифра в 10 млн – это наш внутренний ориентир, при необходимости мы можем увеличить эту сумму. Производственным проектам, как правило, требуются гораздо большие вложения, поэтому в этом сегменте мы планируем работать в тесной связке с институтами государственной поддержки: Фондом развития промышленности, МСП Банком, Корпорацией МСП, Фондом развития моногородов, Фондом развития Дальнего Востока и др. Большинство из них дает деньги предпринимателям на условиях софинансирования: на каждый государственный рубль заявитель должен доложить рубль частных инвестиций (собственных или привлеченных). Естественно, когда речь идет о десятках миллионов, небольшим компаниям сложно найти такие средства, поэтому и государственные деньги становятся для них недоступны. Думаю, мы сможем стать тем самым плечом, которое поможет соискателям. Сейчас мы активно обсуждаем возможности сотрудничества с госинститутами, думаю, в будущем мы сможем предоставлять друг другу доступ к собственным pipe-line: они смогут посмотреть наш портфель, а мы их.

– Еще одно новое направление работы Фонда – финансирование бизнеса по франшизе. Откуда возник интерес к франчайзингу?

– Франчайзинг – выстраданная нами история. Примерно половина проектов, приходивших в Фонд за инвестициями, реализовывалась по франшизе, в текущем портфеле таких сделок девять. Сразу стало понятно, что подобный бизнес требует отдельного изучения, ведь здесь мы имеем дело не только с предпринимателем, но и с франчайзером.  Мы смотрели, как франчайзер и франчайзи общаются между собой, как решают спорные вопросы, какие есть неоправданные ожидания с обеих сторон. Для себя мы сделали выводы про франчайзеров: не со всеми есть желание продолжать сотрудничество. Летом у нас была встреча с Российской Ассоциацией Франчайзинга, на которой мы окончательно решили – будем делать специальный кредитный продукт на этом рынке.

– Каким будет этот продукт?

– Мы строим работу на двух постулатах: кредитование франчайзинга – это кредитование франчайзера, а не франчайзи, поскольку заемные деньги помогают первому расширить собственный бренд, географическое присутствие и успешно конкурировать с другими игроками отрасли. Второй важный момент – деньги от Фонда должен получать франчайзи при поручительстве франчайзера. Это, с одной стороны, избавляет головную организацию от необходимости проводить деньги через себя, обслуживать кредит и следить за его возвратом, а, с другой, стимулирует развивать франчайзинговую точку как собственную. В такой логике мы сейчас стартуем с одной компанией, надеюсь, наши гипотезы подтвердятся.

– Фонд будет работать со всеми франчайзерами или планируется составить некий список проверенных партнеров?

– Список, однозначно, будет. Нам важно найти надежные компании, которые будут готовы не на словах, а на деле поддерживать своих франчайзи. Пока на рынке нет желающих поручаться за своих франчайзи. Нет тех, кто готов брать на себя финансовую ответственность, и в случае провала, выкупить точку в собственную сеть, погасить инвестицию Фонда, вывести ее в прибыль с помощью антикризисного управления, а впоследствии, возможно продать новому франчайзи, возможно дороже, чем стартап.

– Какова процедура отбора проектов, изменилась ли она после «перезагрузки» Фонда?

– Нет, технологию мы менять не будем, она хорошо зарекомендовала себя. Предприниматель заполняет небольшой чек-лист на нашем сайте, отправляет анкету и несколько стандартных документов: презентацию и верхнеуровневую финансовую модель. С этими материалами в ручном режиме работают наши эксперты, которые позднее запрашивают подробный бизнес-план и более детальную модель монетизации, проводят глубокий анализ отрасли. Если мы видим потенциал проекта, Фонд направляет свое коммерческое предложение. Следующий этап – мониторинг текущего бизнеса соискателя, сотрудники регионального офиса Промсвязьбанка изучают компанию «на местности», проводят финансовый аудит. Затем уже проект выносится на инвестиционный комитет, который и принимает окончательное решение о структуре сделки.

Наверх